50 и одно дыхание легче - Лина Мур

— Посмотрим, — приподнимая уголок губ, вхожу в спальню.

— Что мне сделать, Ник? Что дальше? Я не знаю. Это мой первый раз, — тихо произношу я.

— Разденься, — приказывает он, закрывая двери.

Подхватываю бретельки платья и спускаю их с плеч. Оно падает, касаясь моей обнажённой груди.

— Остальное оставь. Иди ко мне, — вкладываю свою руку в его, и он притягивает к себе.

Моя обнажённая грудь касается его.

— Я не буду нежным, — предостерегает он.

— Я знаю, — выдыхаю я.

Его губы касаются моих. В тот раз он ещё не целовался, а сегодня, он жадно подчиняет себе. Подхватывает меня на руки и несёт к кровати.

— Я этого буду хотеть всю свою жизнь, — шепчет он, кусая мой сосок, а я выгибаюсь, подставляя под его рот другой. Я не могу имитировать ту стеснительность, которая была во мне. Я развращена этим мужчиной. И я счастлива быть такой. Издавать стон за стоном, когда его пальцы касаются моего клитора, и Ник посасывает грудь. Вскрикиваю, а он разрывает чулки и трусики прямо на мне, поглощая своим горячим телом всю меня.

— Ты всегда такая мокрая, Мишель. Ты хочешь меня, и это чертовски возбуждает, — его пальцы входят в меня, и я кусаю губу. Его ждёт очень интересный сюрприз.

— Ник, пожалуйста…

— Только я тебе могу приказывать. Терпи, крошка, — он медленно двигает пальцами во мне, массируя клитор. Раздвигаю шире ноги и стискиваю пальцами покрывало. Возбуждение доходит до критической точки, мои бёдра двигаются навстречу ему, и в этот момент Ник убирает пальцы.

— Открой глаза, Мишель. Я хочу это видеть, — делаю так, как он говорит, сама желая увидеть его реакцию. Николас скользит членом по мне, и я дышу быстро, приоткрыв губы.

А потом он резко входит в меня, вырывая крик из груди. Чёрт, я даже и забыла, насколько это больно. Из глаз выкатывается слеза.

— Мишель? Мне показалось или…

— Я девственница была, а сейчас уже нет. Это мой подарок, — растягиваю губы в улыбке, Ник немного привстаёт и выходит из меня, чтобы убедиться в моих словах.

— Извращенка, — рывком снова входит в меня, и это уже знакомо. Очень знакомо.

— Захотелось боли, крошка? — Шипит он в мои губы.

— Той самой… первой… нашей. Да… да, — шепчу, а он медленно двигается во мне.

— Я люблю тебя, Мишель Холд. Ты первая и последняя навсегда.

Его губы касаются моих, и я счастлива оттого, что Николас Холд научил меня рисковать, отдаваться полностью страсти и жить ей. Он показал мне, что такое правильное извращение. И действительно, каждый из нас таков, только кто-то стыдится это признать, а кто-то нет. В этом и отличие. Но подарить на годовщину свадьбы свою восстановленную девственность и напомнить и Нику, и себе, через что мы прошли ради этих минут удовольствия, стоило. Каждая слеза этого стоила. Каждый удар этого стоил. И дальше будет больше. Мы не сможем остановиться. Мы будем двигаться, как и весь этот мир.

Я ни о чём не жалею. Я, Мишель Пейн, а сейчас Мишель Холд, никогда больше не стану прежней, потому что имела шанс найти правильного для себя мужчину. Любить чудовище опасно, но без этой любви никогда не превратиться в человека. Со своими страхами, со своими ошибками, со своими переживаниями. Это правильно. Я стала сильнее, лишь познав всё это. И я буду лучше с каждым лёгким вдохом рядом с Николасом и нашим сыном.

Я живу и это больше не больно…